• Уже 192 салонаКрупнейшая сеть ортопедических салонов
    в России
  • Горячая линия

    8 800 333 41 11 круглосуточно
  • Интернет-магазин

    7 (800) 555-41-57 пн-пт: 9.00 - 21.00 сб-вск: 11.00 - 18.00
Заказать звонок
Каталог товаров

Диагноз произведениям искусства

Можно ли по произведению искусства (картине, книге, скульптуре) поставить клинический диагноз? Возможно ли, основываясь на подобном документе, определить, каким заболеванием страдал известный исторический персонаж, сам художник или человек, послуживший для него натурщиком?

Тема изучения искусства через призму медицины возникла в 80–90-е годы прошлого века. В 1986 году в Брюсселе состоялся симпозиум на тему «Искусство, история и прошлое ревматических заболеваний». Форум открыл новую страницу в искусствоведении и медицине. На нем обсуждалось интерпретация ревматических заболеваний в искусстве. Большая часть экспертов (антропологов, палеонтологов, ревматологов и историков искусств) подчеркивали, что произведения живописи или литературы не позволяют поставить точный диагноз, но дают возможности увидеть проявления патологии.

Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов фактор субъективности. Да, каждая картина стоит тысячи слов, но с другой стороны, художника подчас не интересует точность изображения, он может вносить в него свои акценты и аллюзии. Вместе с тем исследователи отмечают: проявления известных заболеваний многих исторических личностей изображены художниками довольно точно.

Некоторое время назад доктор медицинских наук, профессор К. И. Шапиро написала книгу «Травматология и ортопедия и в зеркале искусства». В течение года автором были просмотрены тысячи репродукций всем известных произведений, в результате чего на свет появился интереснейший труд, известный, к сожалению, только в узком кругу специалистов.

Клара Ильинична рассказала порталу «Кладовая Здоровья» о работе над книгой:

– Как родилась идея написать такое исследование?

– Идея родилась в определенной степени случайно. В 1995 году в одном из вузов организовали кафедру амбулаторной травматологии и меня попросили прочитать цикл лекций по организации медицинской помощи при травмах. Чтобы как-то оживить и украсить лекцию, я решила начать с того, как в древние времена люди оказывали помощь при лечении ран, ожогов и переломов. Стала просматривать книги по истории медицины и нашла в них несколько иллюстраций (копии гравюр). Оттолкнувшись от этого, обратилась к произведениям живописи. К своему удивлению, нашла еще и рисунки, гравюры, картины, в которых видны не только методы лечения, но и способы иммобилизации, транспортировки. Их довольно много на клеймах икон. Постепенно родилась идея подобрать иллюстрации к ортопедическим заболеваниям. Чтобы работа продвигалась активнее, связала себя обещанием подготовить актовую речь на тему «Травматология и ортопедия в зеркале искусства», которую прочитала в декабре 1995 г. К актовой речи была издана первая книга. Когда тираж разошелся, в 1997 году вышло дополненное издание «Пересматривая заново… (Травматология и ортопедия в зеркале искусства)».

– С какими источниками вы работали? Какие музеи посещали?

– Работа продолжалась несколько месяцев. Работала в основном с альбомами репродукций. Музеи посещала в основном петербургские. Была также в Третьяковке, в Музее изобразительных искусств на Поклонной горе в Москве. Читала зарубежные журналы (JAMA, Brit. Med.J., Ann. Rheum. Dis. и др.), в которых статьи на эту тему публикуют ревматологи. Но главное – это альбомы. У меня дома довольно много альбомов с репродукциями, брала их у друзей и знакомых. Когда внутренние ресурсы истощились, мне помогли получить доступ в читальный зал Академии художеств.
В то время такой источник информации, как интернет, был мне неизвестен и недоступен. Сейчас поиск был бы намного легче.

– Какой из этих источников интереснее с точки зрения материала?

– Для меня важнее были альбомы, т. к. они не только были доступнее, но их можно было приносить в институт, чтобы проконсультироваться со специалистами-ортопедами и сделать слайды. Вместе с тем посещение музеев позволяло понять, какая огромная разница в качестве живописи между подлинниками и репродукциями. На некоторых слайдах патология прослеживалась с трудом, в то время как на картине она отчетливо видна. Статьи в журналах были важны с точки зрения описания патологии.

– Насколько эффективной оказалась помощь коллег, знакомых в поиске материала?


– Помощь коллег была поистине неоценимой. Без них эта актовая речь не могла бы состояться. Наши клиницисты д. м. н. Зот Кирьянович Башуров и к. м. н. Геннадий Григорьевич Эпштейн осуществляли клиническое консультирование отобранных мной картин, которые шли в работу только после подтверждения ими наличия симптомов заболевания. Особая благодарность фотохудожнику института Елене Васильевне Михайловой за изготовление иллюстративного материала (слайдов). Галина Михайловна Абелева помогала делать переводы. Многие сотрудники приносили альбомы.

– Что вам лично дала работа над данной книгой как специалисту и как личности? Что нового вы открыли для себя?

– Как специалист я открыла для себя возможность взглянуть на ортопедическую патологию глазами художников, а с другой стороны, пересмотреть многие достаточно известные работы под другим, профессиональным углом зрения.
Как личности – как ни высокопарно это звучит, я еще раз убедилась, что искусство очищает и облагораживает душу. Ведь подбирались не только произведения живописи, но и музыка, и отрывки из произведений литературы. Все это не проходит бесследно. Кроме того, в поиски была вовлечена семья, много помогали муж и сын. Это очень сближает.

– После издания книги не мешают ли теперь профессиональные аспекты смотреть на произведение искусства как на культурное явление (без медицинской специфики)?

– Сейчас уже нет, но первые два года после завершения работы я действительно невольно искала в произведениях живописи изображение ортопедической патологии. Причем это было просто навязчивым состоянием. Пришлось на год или два отказаться от посещения любых музеев, после чего постепенно все пришло в норму.

– Оцените прикладное значение этой книги (прежде всего для обучения). 

– Мне самой трудно оценить значение этой книги. Думаю, что изложенные в ней материалы при современном доступе в интернет помогли бы преподавателям медицинских вузов более наглядно представлять студентам клинические проявления разных заболеваний опорно-двигательной системы, а также способы иммобилизации, транспортировки, методы протезирования, виды травматизма и другие аспекты травматологии и ортопедии. Это повысит интерес студентов к теме. Для тех, кто любит живопись, это просто новый взгляд на произведения искусства, который может побудить людей к подобным изысканиям в своей отрасли. 


1. Рубенс. «Союз Земли и Воды». В этой картине эксперты обнаружили плоскостопие и hallus valgus – распластанный передний отдел, деформация головки 1-й плюсневой кости.

1.jpg

2. И. П. Богданов. "Новичок". (Плоскостопие)

2.jpg

3. В. Г. Перов. «Спящие дети». (Молоткообразный 2-й палец).

3.jpg

4. Х. Рибера. «Хромоножка». (Врожденная косолапость, хорошо видны деформированная стопа и голеностопный сустав)

4.jpg

5. Портрет Линкольна. (Синдром Марфана: высокий рост, худоба, узкие плечи, плоская грудь, непропорционально длинные руки и ноги, узкие кисти, удлиненное лицо, высокий череп)

5.jpg

6. Espinel (1994 год), анализируя картину «Спящий Амур» М. Караваджо, перечисляет следующие симптомы: кожа желтая, щеки отечные, цианоз губ и ушей, нарушение прикуса, впалая грудь, воспаленные суставы. Положение головы свидетельствует о поражении шейного отдела позвоночника. Возможный диагноз: ювенильный ревматоидный артрит, осложненный сердечной недостаточностью, системным некротизирующим васкулитом.

6.jpg

7. Дж. Гиллрей. «Подагра». Изображения больных подагрой традиционно очень выразительны и красочны. Первый подагрик, имя которого сохранила история, – тиран Сиракуз Гиерон, жил в V веке до н. э. Болезнь считалась следствием обильных трапез с возлияниями.

7.jpg

8. П. Брейгель. «Калеки».

8.jpg